Почему регулирование необанков стало приоритетом в 2026 году
Необанк — это финтех-компания, предоставляющая банковские услуги исключительно через мобильное приложение, без физической сети отделений. За последнее десятилетие такие компании, как Revolut, N26, Chime и Nubank, привлекли десятки миллионов клиентов, и регуляторы по всему миру оказались перед необходимостью адаптировать устаревшие нормы к новой реальности цифровой экономики.
В апреле 2026 года Европейский центральный банк опубликовал позицию, ссылаясь на декабрьские предложения 2025 года: объединить пять существующих макропруденциальных буферов капитала в два, сократив административную нагрузку на участников рынка. Это — прямой ответ на давление со стороны финтех-индустрии, которая давно указывает на избыточную сложность европейского комплаенса.
Модели лицензирования в Европейском союзе
В ЕС необанк может работать по нескольким схемам. Полная банковская лицензия даёт максимум прав, но требует значительного капитала и длительного процесса верификации со стороны регулятора. N26 работает по лицензии немецкого BaFin и оказывает услуги клиентам по всему ЕС через механизм паспортизации. Revolut получил банковскую лицензию от Банка Литвы и обслуживает пользователей, включая резидентов Испании, в рамках единого европейского финансового пространства.
Альтернативой служит лицензия платёжного учреждения — Electronic Money Institution (EMI). Французский необанк Nickel работает именно по такой схеме, используя разрешение регулятора ACPR. Лицензия EMI проще в получении, однако ограничивает продуктовую линейку: такие компании не могут принимать депозиты в классическом смысле и не попадают под стандартную защиту вкладов.
Израильский необанк Rewire, ориентированный на денежные переводы трудовых мигрантов, также выбрал формат European Electronic Money Institution — это позволяет работать на европейском рынке с минимальными операционными издержками.
EDIS, PSD2 и регуляторная песочница: три опоры европейской реформы
Ключевым структурным изменением, которое ЕЦБ продвигает в 2026 году, является создание единой Европейской системы страхования депозитов (European Deposit Insurance Scheme, EDIS) с чётким графиком внедрения. Сейчас защита вкладов регулируется на национальном уровне, что создаёт неравные условия для необанков, работающих трансгранично. Единая система выровняет правила игры и повысит доверие пользователей к цифровым банкам.
Директива PSD2 остаётся основой регулирования платёжных услуг в ЕС. Она открыла доступ к банковским данным для третьих сторон и стала фундаментом открытого банкинга. В 2026 году регуляторная песочница Эстонии, которую часто называют моделью для всего ЕС, сосредоточена на двух направлениях: тестировании продуктов с цифровыми активами в рамках директивы MiCA и развитии открытого банкинга по стандартам PSD2. Регулятор Finantsinspektsioon позволяет финтех-компаниям запускать инновационные продукты в контролируемой среде без полного соблюдения всех требований с первого дня.
Испания добавляет собственный уровень сложности: местное регулирование требует наличия испанского IBAN для ряда операций, что затрудняет работу необанков с иностранными лицензиями и формирует дополнительный барьер для клиентского опыта.
США: партнёрская модель и барьер FATCA
Американский рынок устроен принципиально иначе. Крупнейший необанк страны — Chime с клиентской базой более 14 миллионов человек — не имеет собственной банковской лицензии. Компания работает по модели партнёрской лицензии: банковские услуги формально оказывают лицензированные банки-партнёры, а Chime выступает технологической оболочкой. Такая схема позволяет быстро масштабироваться, но ограничивает возможности по расширению продуктовой линейки.
Для глобальных необанков, работающих с американскими клиентами, серьёзным регуляторным барьером остаётся FATCA — закон о налоговой отчётности по зарубежным счетам. Он обязывает финансовые учреждения по всему миру передавать данные о счетах граждан США в американские налоговые органы. Многие традиционные банки предпочитают вовсе отказывать в открытии счёта гражданам США, чтобы избежать административных издержек. Bunq и Revolut выбрали другой путь: автоматизировали сбор форм W-9, что делает их более лояльными к американским клиентам по сравнению с большинством конкурентов.
Отдельную проблему создаёт географическое ограничение сервисов. Например, Monzo доступен для открытия счёта только резидентам Великобритании и США — это прямое следствие регуляторных требований к удалённой идентификации и верификации клиентов.
Азия и Латинская Америка: финансовая инклюзия как регуляторный приоритет
В развивающихся рынках регулирование необанков подчинено другой логике. Главный вызов здесь — не защита от системных рисков, а расширение доступа к финансовым услугам для населения, которое традиционные банки исторически игнорировали.
Бразильский Nubank — крупнейший независимый цифровой банк в мире с клиентской базой более 80 миллионов человек — изначально строился как решение проблемы финансовой инклюзии в Латинской Америке. Регуляторная среда Бразилии позволила компании предложить виртуальную карту и базовые банковские услуги миллионам людей, у которых прежде не было банковского счёта.
В Азии акцент смещён на мобильный банкинг и трансграничные платежи. Средняя комиссия за международные денежные переводы в мире составляет 6,3% — именно эта цифра объясняет, почему необанки так востребованы среди трудовых мигрантов. Необанки, специализирующиеся на переводах, конкурируют с традиционными банками прежде всего на поле тарифных планов и скорости транзакций, а регуляторы в ряде азиатских юрисдикций активно используют механизм регуляторных песочниц для привлечения финтех-инвестиций.
Борьба с отмыванием денег и удалённая идентификация
Независимо от юрисдикции, все необанки сталкиваются с общим вызовом: противодействие мошенничеству и борьба с отмыванием денег (AML) при полностью дистанционном клиентском пути. Удалённая идентификация через мобильное приложение снижает порог входа, но одновременно повышает риски использования сервиса в противоправных целях.
Регуляторы реагируют по-разному. Европейская комиссия ужесточает требования к KYC-процедурам. Блокировка счёта при подозрительной активности — стандартная практика, которая нередко вызывает жалобы пользователей. Qonto, специализирующийся на обслуживании малого и среднего бизнеса, выстраивает комплаенс с учётом специфики B2B-сегмента: верификация юридических лиц сложнее, чем физических, и требует отдельных регуляторных решений.
Итоги: три модели и одна общая проблема
К 2026 году глобальный рынок необанков сформировал три основные регуляторные модели. Европейская делает ставку на единое лицензионное пространство, гармонизацию стандартов и постепенное упрощение требований через инициативы ЕЦБ. Американская сохраняет фрагментированность и опирается на партнёрские схемы. Азиатская и латиноамериканская приоритизируют охват и финансовую инклюзию, принимая повышенные регуляторные риски как издержки роста.
Общая проблема для всех юрисдикций — баланс между инновациями и финансовой стабильностью. Необанки становятся полноценными участниками финансовой системы, и регуляторы больше не могут относиться к ним как к нишевым стартапам. Вопрос не в том, регулировать ли цифровые банки, а в том, как сделать это так, чтобы не уничтожить то, что делает их ценными для миллионов пользователей.
